Владимир ДАЛЬ и Александр ПУШКИН


Из книги : Е. Каликинская, Ю. Нечипоренко. Сокровищница. Сборник рассказов о хранителях русского языка. Москва, 2015, Авторская Академия, 190 стр., твердый переплет, тираж 2000 экз.



Владимир Даль был почти сверстником Александра Пушкина – всего на два года моложе. Но когда в 1932 году вышла первая книжка Даля, Пушкин был уже знаменитостью, а Даль – никому не известным в литературе автором: доктором медицины, морским офицером в отставке.


Явился Даль к Пушкину сам, без рекомендаций, чуть ли не прямо из каталажки, куда было посадили его за только что вышедшую книжку «Пяток сказок»… Тогда власти Российской империи были скоры на расправу: если кто-то из начальства заподозрил в книжице неблагонадёжность – тут же сразу автора «хватали под микитки», а книжку изымали из продажи и уничтожали. Вот так посадили и Владимира Даля – да сразу выпустили. Власти хотели наказать писателя за то, что в сказках народ его говорит, не чинясь, самым что ни на есть живым языком, говорит то, что думает, припечатывает начальство и попов без должного почтения… Однако Даль был не просто писателем, он был боевым офицером, имел награды за верную службу и даже Владимирский крест с бантом за изобретательность и смелость от Императора. Так что держать его в каталажке было не очень ловко… 

Явился Даль к Пушкину с этой книжицей в руках, которая послужила ему сразу и билетом в каталажку, и пропуском в мир литературы. Книжка была сама вместо ценного рекомендательного письма, дороже Владимирского креста с бантом...

 

Так как «Пяток сказок» было решено властями отовсюду изъять, то Даль принёс уже драгоценный раритет – то, чего купить было нельзя. Пушкин полистал книжку – да рассмеялся: уж так она была полна шутками-прибаутками, так пересыпана пословицами да острыми словцами, что читать её было весело, хоть с начала, хоть с любого места!

Пушкин принял Даля, приветил – тогда Александр Сергеевич как раз начал писать свои сказки, так что поэт увидел в Дале единомышленника. Первую сказку Даль посвятил милым своим сестрицам – отношения в семье у них были самые трогательные: две сестрички и три брата с детства любили друг друга… Пушкин тоже любил дорогую свою сестрицу Ольгу и непутёвого братца Льва. Было у Даля и у Пушкина много общего, а более всего – любовь к ближним, которая переполняла их сердца. Как это ни странно, любовь к ближним соседствовала у обоих со злословием – остры и злы на язык были оба, Пушкин и Даль, и уж если кто-то им был не по нраву – тот получал такую эпиграмму, такой стих, от которого уже не мог долго оправиться. Может быть, за злые (и во многом несправедливые) слова, что сказал Александр о своём начальнике, графе Михаиле Воронцове, и сослали Пушкина в Михайловское?

 

 Полумилорд, полукупец,

Полумудрец, полуневежда,

Полуподлец, но есть надежда,

Что будет полным наконец... 

Примерно в то же время что-то не столь поэтическое, но тоже весьма злое написал и мичман Владимир Даль в городе Николаеве про своего начальника – адмирала Алексея Грейга и его жену… Кто его тянул за язык – Бог знает!

Но уже будучи двадцати одного года от роду, Владимир Даль оказался в заключении, под следствием – и отсидел полгода! Потом ему пришлось оставить службу, переехать в Дерпт (Тарту) – и поступить в университет на медицинский факультет. Вот родство судеб – с Юга России, из Одессы и Николаева бросает и Пушкина и Даля неосторожное слово на север, в Псковскую область и в Прибалтику. В двадцать с чем-то лет грешили наши именитые литераторы злословием.

В отношении к сказкам Даль и Пушкин были на стороне рассказчика: они сказку любили и не видели в ней «неблагонамеренности» и «слов низкого происхождения». Для них все слова народного языка были интересны, все любимы. Они любили редкие слова, как собиратели любят драгоценные камни.

А врагом Пушкина и Даля была цензура – которая ограничивала писателя, не давала ему права воспользоваться сильными и острыми словами, которыми разговаривал сам народ. Эти слова – самые разные, областные, местные – Даль начал собирать уже давно. И когда Пушкин об этом узнал, он очень обрадовался! Редкие слова, как драгоценные камни – они несут весть о богатстве языка, богатстве его жизни и понимания мира. Почти в каждом таком слове есть поэзия, есть образ мысли и сила жизни… Пушкин увидел в деле собирания слов достойное поприще для Даля, дело его жизни. С молодых лет Даль записывал пословицы и выражения, он превратил это собирание в дело всей жизни. Уже под старость он выпустил словарь «Живого великорусского наречия», который кратко потом и назвали: «Словарь Даля». Это был самый полный на то время словарь русского языка, он содержал больше двухсот тысяч слов. Словарь Даля – по сути, энциклопедия российской жизни

Собирал Даль не только слова, но и поговорки, и сказки. Когда Александр Афанасьев обратился к Далю с просьбой прислать ему свои сказки, тот ответил согласием

Много было в жизни Даля событий: рано умерла первая жена, с которой он жил душа в душу и пел вместе (в семье Даля было принято музицировать). Во второй раз женился на дочери героя войны 1812 года Екатерине Соколовой. Всего у Даля было пятеро детей, и почти всю жизнь он служил, чтобы обеспечить свою семью. 


К концу жизни, выйдя в отставку, Даль поселился в Москве и работал уже только над Словарём своим. Даль успел завершить дело своей жизни – и выпустить четыре тома Словаря, за который он получил очень престижную тогда Ломоносовскую премию. Так оказались связаны имена Даля и Ломоносова.

 В конце жизни Даль принял православие и похоронен был в Москве, на Ваганьковском кладбище.