Неуверенность в себе — это ваше заблуждение

Олег САТОВ

То, что в просторечии называется неуверенностью в себе, — одна из самых распространенных проблем. Это, конечно же, не диагноз, но как описательный термин вполне годится.

 

Вся ирония ситуации в том, что неуверенность — это только собственное мнение человека о самом себе. В действительности не существует ни уверенности, ни не-уверенности. Просто, так получается, что одни люди смотрят на себя с позиции «у меня все плохо», а другие — с позиции «у меня все хорошо». При этом, заблуждаются и те, и другие.

Человек, с детства привыкший считать, что с ним что-то не так, всю жизнь так и несет этот крест — осторожничает, боится высказывать мнение, боится просить, боится хотеть. Он сам себе отказывает в праве на нормальность. Отсюда же растут ноги у разных форм психологической зависимости — от мнения, от оценки, от чужого внимания или не-внимания.

 

И здесь самое важное то, что, объективно(!), неуверенный в себе человек ничем не хуже всех тех, кто ему самому кажется нормальным и уверенным. Разница — только в точке зрения на себя.

 

То есть, не существует такого врожденного набора черт личности, который формирует неуверенного в себе человека. Все происходит с точностью до наоборот — сначала человек учится сомневаться в себе, а уже это формирует тот тип поведения, который нам всем так хорошо знаком — тип неудачника.

Как и когда ребенок выбирает колею «неудачника» не столь важно. Важно то, что для решения проблемы нужен всего ОДИН шаг — нужно изменить точку зрения.

 

Не нужно худеть, не нужно менять прическу, не нужно покупать дорогие вещи, не нужно завоевывать признание — нужно только сменить взгляд на себя. Стоит начать смотреть на себя иначе — как весь мир вокруг меняется и изо всех щелей начинает светить солнце.

 

Но, как это всегда и бывает, — сделать этот шаг не так-то просто. Беда в том, что с возрастом человек настолько пропитывается привычным взглядом на себя, что изменить в нем что-либо становится очень сложным. Учитывая, сколько лет уходит на формирование самооценки, можно предположить, что на ее изменение тоже могут уйти годы (и практика это вполне подтверждает). Однако, это вполне достижимо — и это главное.

 

Откуда берется неуверенность в себе?

 

Тема неуверенности в себе сложна вдвойне: во-первых, потому что ее корни уходят глубже и предваряют проблему добра и зла, во-вторых, эта тема настолько болезненно близка каждому, что обтекаемыми полунамеками здесь никого не проведешь — нужны четкие конкретные ответы. Планка требований к такому материалу гораздо выше.

 

Концептуально, ответ на вопрос не так уж и сложен. Можно даже озвучить его прямо сейчас, не откладывая для традиционной интеллектуальной «пощечины» в последнем абзаце. Сложность здесь в другом — в том, чтобы передать глубину и масштаб всех последствий.

 

Давайте попробуем. Вот вам вся соль: неуверенность в себе является закономерным, неизбежным и неотъемлемым результатом того, что человек наделяет себя завышенной искусственной значимостью.

 

Примерно так же, как надпись на денежной купюре придает искусственную значимость куску бумаги, который сам по себе не стоит ничего. И чем больше нулей, тем больше пропасть между истинной стоимостью и номинальной.

 

В сфере финансов, однако, ценность денег обеспечена реальными материальными ресурсами. А в сфере человеческой психологии искусственная значимость не обеспечена ничем. Вот и все.

 

Представьте себе ситуацию, что вы на клочке бумаги написали «100 рублей» и пришли в магазин. Ложная ничем не обеспеченная ценность бумажки с вашими каракулями, вряд ли позволит вам уговорить продавца продать вам хотя бы коробок спичек за десять копеек. И вот здесь ключевой момент.

 

Если вы отдаете себе отчет в том обмане, который хотите провернуть, то никаких проблем — если обман не удался, вы просто спокойно развернетесь и уйдете. А теперь представьте, что по какой-то неведомой причине вы свято верите, что ваша самодельная надпись «100 рублей» тождественна реальной стоимости в 100 рублей. Вы протягиваете свою бумажку продавцу и, когда он ее отвергает, искренне не понимаете в чем дело и почему тот не принимает всерьез вашу «валюту». Полное недоумение.

 

Теперь смотрим дальше. Что будет происходить, если вы раз за разом получаете отказы во всех магазинах у себя на пути? Вероятно, у вас внутри что-то вскипит по этому поводу. Например, в каком-нибудь очередном магазине вы можете закатить истерику или обидеться и даже расплакаться.

 

Или вы можете выбрать более деятельный конструктивный подход — пририсовать на своей самодельной купюре пару нолей, надеясь, что уж теперь-то продавцы поверят в ее стоимость. Но вас опять поднимают на смех. Что тогда?

 

Тогда после многократного повторения одной и той же истории у вас закрадется сомнение — вы почувствуете себя неуверенно. Сколько бы вы не сопротивлялись и не доказывали свою правоту, рано или поздно вы заподозрите, что с вами — с вашей личной валютой — что-то не так.

 

И первое, что придет вам в голову, это залезть в интернет и погуглить на тему «саморазвития» — как правильно рисовать деньги, как укрепить свой капитал, как поднять свою стоимость… или хотя бы, как завести друзей, и организовать с ними единое валютное пространство… а еще надежнее — создать семью и запустить в обращение свою родственно-фамильную валюту.

 

Несмотря на абсурдность происходящего, иногда у вас все-таки будет получаться добиться своего. Некоторые продавцы, попадающиеся вам на пути, чудесным образом будут соглашаться принять в оплату ваши бумажки. Они так же, как и вы, играют в фантики и поэтому согласны принимать вас всерьез. И каждый раз вам будет казаться, что наконец-то вы встретили нормального адекватного человека, и то же самое он подумает о вас. Какая редкость в нашем грубом и несправедливом мире! Возможно, вы даже полюбите друг друга. Следите за мыслью? Параллель прослеживаете?

 

Неуверенность в себе — естественный и закономерный результат настойчивых попыток расплачиваться бумажками, которые ничего не стоят.

 

Какая может быть уверенность, если все отношения с миром построены на обмане? Может ли быть уверен в себе и своих властных полномочиях человек, который надел себе на голову бумажную корону и объявил себя царем?

 

Идем дальше. Если бы в подобное заблуждения относительно своей личной валюты впадали только отдельные люди, их бы очень быстро приводили в чувство и спускали с небес на землю. Получив должное количество отрезвляющего опыта, человек неизбежно приходил бы к выводу, что в реальном мире в ходу какая-то иная, более твердая, валюта, и ее нельзя просто так нарисовать на коленке — ее нужно зарабатывать. Фантики были бы выброшены на помойку, и началась бы реальная жизнь «по средствам», что в свою очередь избавило бы человека от постоянных разочарований.

Ситуация, однако, осложняется тем, что в фантики играют не единицы застрявших на инфантильной стадии развития людей, в фантики играют все. Все. И при таком раскладе иллюзия превращается в правду, а правда в иллюзию.

Фантики становятся твердой валютой, а твердая валюта — фантиками.

 

Казалось бы, это должно решить проблему неуверенности. Если самодельная искусственная валюта выпущена в свободное обращение и признается всеми участниками рынка, то какие тут могут быть проблемы? Реальные товары теперь можно приобрести за нереальные фантики. Все на своих местах, и подрывающих уверенность в себе разочарований должно стать гораздо меньше. Конечно, душевный покой, возникающий на такой почве, — это не настоящая уверенность в себе, это уверенность в ценности своих фантиков, но даже в такой иллюзорной форме она оказывается очень шаткой.

Дело в том, что в этой утопии каждый человек — сам себе центральный банк, безо всяких ограничений выпускающий в оборот все новые и новые кипы фантиков.

 

Если можно нарисовать купюру в сто рублей, то почему бы не нарисовать тысячу? Десять тысяч? Миллион? Где предел собственной значимости, кроме пределов своей фантазии?

 

И так поступает каждый, в меру своих оголтелых претензий дописывая нули на своем банковском счету. И это приводит к настоящим экономическим войнам, потому что отдельные участники рынка вдруг начинают требовать больше товаров в обмен на свои нолики. Другие участники рынка делают то же самое, и в итоге побеждает тот, у кого длиннее фантик. А проигравший оказывается в состоянии тотального разгрома и полной неуверенности в себе, от которой мы, казалось бы, избавились.

Есть и другая причина, почему этот всеобщий фарс не приводит и никогда не приведет к душевному покою, даже если все будут играть по правилам и договорятся регулировать эмиссию бесценных бумаг.

 

Ведь, сколько себя ни обманывай, где-то в глубине души у нас хранится память о том, с чего все началось — с детской шутки, с игры в психологическую монополию, с озорного баловства и попытки хитростью урвать лишнюю конфету.

 

Где-то на краю сознания мы все еще помним, как увязли в этом обмане. Сначала это была всего лишь игра, всего лишь уловка. Мы помним свою первую самодельную купюру, которую протянули маме, помним умиление на ее лице и конфету, которую она нам дала.

Но мы так заигрались, что уже почти забыли правду, и теперь, когда другой человек вдруг отказывается принимать в оплату наши фантики мы готовы перегрызть ему горло. Но все-таки мы помним.

Помним, что это все обман, и что однажды нам придется столкнуться с правдой — с тем, что наша изначальная стоимость в твердой вселенской валюте равна нулю. Мы — лишь пыль. Пусть даже это пыль взорвавшихся звезд и галактик, но это все равно пыль. Ох, как же мы хотим это забыть!

 

Наша личная валюта с бесчисленными нулями, не обеспеченная никакой реальной ценностью, — это искренняя до хрипоты вера в собственную значимость, которой мы якобы обладаем по одному лишь факту своего бытия — «Я есть, значит, я важен».

 

Мы сами — в меру своей наглости и фантазии — назначили себе цену, собственной рукой написали ее у себя на лбу и ходим теперь с гордо поднятой головой, с презрением поглядывая на тех, кому не хватило духу нарисовать больше нулей, чем мы.

 

Наглость не второе счастье — это наипервейшее счастье в нашем мире.

 

Конечно же, мы не приходим за товарами в магазин без реальных денег, но мы требуем от продавца уважения. На каком основании? На том самом, что у нас на лбу написано — «Я очень важная персона».

И точно так же мы относимся ко всем вокруг, даже к самым близким, позволяя себе обижаться и раздражаться на тех, кто имеет наглость проигнорировать наше «достоинство» или — куда хуже! — у кого на лбу презрительным каллиграфическим почерком выведено — «Я еще важнее».

Как вам такая картинка?

 

И это только самый поверхностный — социальный — слой проблемы. Здесь все относительно просто и наглядно. Люди, отношения, борьба за территорию. Большая часть человеческих трагедий происходит на этой почве. Но это далеко не все — метастазы лютого людского самомнения уходят гораздо глубже в ткань нашего бытия.

Ложная идея собственной важности, и отходы ее жизнедеятельности в виде неуверенности в себе, лежат в основе наших отношений с самой жизнью.

 

Борьба за свое достоинство не просто пропитывает собой все сферы жизни, она подменяет собой суть и смысл самой жизни на экзистенциальном уровне.

Быть может, «Царь горы» — не худшая игра из того, на что можно потратить свою жизнь, особенно, если у вас получается время от времени выигрывать. Но, даже побеждая, вы продолжаете жить в страхе разоблачения и свержения.

 Покой здесь только снится, и сколько бы раз человек ни победил, в конце концов, он умирает таким же несчастным, как и все проигравшие.

 

Все человеческое беспокойство, вся неуверенность, все несчастье — это страх человека перед правдой о самом себе, страх разоблачения всего того вранья, которому были посвящены годы, десятилетия и целые жизни. Страх, что итогом всей жизни станет древний приговор — «Ты взвешен на весах и найден очень легким».

 

Честный взгляд на себя — единственное спасение, единственная тропинка к счастью… но кто захочет по ней пройти, если за первым же поворотом вы оказываетесь на краю бездны и видите дорожный указатель с надписью — «Прыгай!» 

ЧИТАТЬ ЕЩЕ : ПСИХОЛОГИЯ ПОВЕДЕНИЯ